«Плохо, что при восхождении на духовные вершины тебя некому страховать...»

В сентябре 2012 года прихожане Покровского кафедрального собора города Шахты Олег Шатаев и Андрей Трикозов в составе альпинистской группы поднялись на восточную вершину Эльбруса – самой высокой точки Европы и Российской Федерации - и водрузили там флаг с изображением Нерукотворного Образа Господа и Спаса нашего Иисуса Христа и надписью «За Веру, Дон и Отечество».

О непростом пути высотой в 5621 метр Олег Шатаев рассказал нашему корреспонденту.

- Защита веры Православной стала идеологической основой вашего восхождения. Почему?

- В последнее время участились нападки на нашу Церковь, на веру, на Святейшего Патриарха Кирилла. Панк-молебны, спиливания крестов и прочие непотребности... Захотелось всей этой грязной PR-компании противопоставить то, за что не стыдно перед Богом и людьми, чем по праву гордился бы не только сам, но и Церковь, членом которой ты являешься. Восхождение стало и своего рода вызовом и барышням из печально известной группы, и анонимам, под покровом ночи орудующим пилами с топорами. А слабо вам не пляски устраивать и вандализмом заниматься, а совершить что-то на самом деле героическое, например, взобраться на самую высокую точку нашей огромной страны?

- Просто взять и взобраться даже при наличии огромного желания, наверное, вряд ли получится. Нужна ведь специальная подготовка?

- И не только специальная подготовка, но и целый ряд других условий, в первую очередь – ответственность за того, кто рядом с тобой. Только российские альпинисты на сегодняшний день покоряют вершины в так называемой связке: последующий страхует предыдущего, который в свою очередь отвечает за жизнь того, кто идет следом. И если один человек из группы по каким-то причинам не может идти дальше, весь коллектив возвращается назад, а вершина остается непокоренной. До следующей попытки.

 - Восхождение, о котором мы сегодня ведем речь, удалось с первой попытки?

- С первой. Несмотря на целый ряд, что называется, отягчающих обстоятельств. В первую очередь – ураганный ветер, который сопровождал нас почти всю дорогу, а также мороз минус 26 градусов по Цельсию, сильное оледенение. Эльбрус, как известно, один из самых больших на земле спящих вулканов, и две его вершины – это стороны кратера высотой соответственно 5621 и 5642 метра, покрытые ледяным панцирем в 100 метров глубиной. И вот по этому панцирю мы шли, преодолевая при этом сопротивление ураганного ветра. Признаюсь честно, все члены нашей группы все время молились. И теперь, когда все трудности далеко позади, понимаешь, что только Господь помог нам дойти до вершины, и, самое главное, благополучно спуститься назад. Ведь большинство смертельных случаев происходит не при подъеме, а именно на спуске. Когда вершина покорена, альпинист чувствует эйфорию, некоторое расслабление, забывает об осторожности... Эльбрус начали покорять с середины XIX века, и со стороны может показаться, что маршрут-то уже проторен; тем не менее, горы есть горы, они непредсказуемы, и предугадать, чем закончится очередное восхождение, невозможно. Милостью Божией это восхождение завершилось успешно, если не считать легкого обморожения у некоторых ребят из нашей группы, но такое нередко случается.

 - Судя по всему, высоты покоряются вам не впервые?

- «Болеть» высотой начал еще со школы, окончил летное училище, долгое время летал. Потом прыгал с парашютом, стал кандидатом в мастера спорта по плаванию, вскоре увлекся и альпинизмом и начал покорять горы. В 2010 году уже покорял Эльбрус – тогда свое восхождение мы с товарищами посвятили 65-летию Победы в Великой Отечественной войне. Кстати, в свое время Кавказ был нужен Гитлеру как родина арийцев, и на какое-то время Карачаево-Черкессия была оккупирована гитлеровскими войсками. В 1942 году немецкие егери из горно-стрелковой дивизии «Эдельвейс» водрузили над Эльбрусом фашистские стандарты, но уже в 1943 году флаги со свастикой были сброшены оттуда альпинистами Закавказского фронта Советской армии. Мы прошли их путем и водрузили на вершине Эльбруса флаг Победы как символ любви к родной земле и дань памяти тем, кто не вернулся с полей Великой Отечественной. В следующем году планируем пойти на Казбек (5043 метра) и гору Белуха на южном Урале. Есть мечта покорить Эверест...

 - Как покорители земных вершин относятся к вершинам духовным?

- Плохо, что при восхождении на духовные вершины тебя некому страховать (смеется). А если серьезно, то у каждого ведь своя лестница к небу. Кто-то близок к святости, а для кого-то день не материться – уже в определенной степени вершина духовная. Много лет я являюсь прихожанином Покровского кафедрального собора города Шахты, за духовными советами постоянно обращаюсь к его настоятелю – протоиерею Георгию Сморкалову, которого считаю не только духовным наставником, но и другом. Отец Георгий, кстати, благословил наше восхождение на Эльбрус во славу Святой Церкви.

- В первую очередь, чувство восхищения творением Божиим. И эту красоту Господь позволил нам увидеть! Он дал силы, чтобы подняться сюда, чтобы увидеть все это и прославить тем самым имя Бога, сотворившего земную твердь и поставившего над всем этим властвовать человека.
Еще раз убеждаешься в том, что человеку с помощью Божией покорятся и горы, и океанские глубины...Гордишься собой, конечно, как же без этого? Опять же хочется сказать молодым ребятам: а вам слабо? Не наркотики покорять в подворотне, а горы.


    ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Mail.Ru
«Плохо, что при восхождении на духовные вершины тебя некому страховать...» «Плохо, что при восхождении на духовные вершины тебя некому страховать...» «Плохо, что при восхождении на духовные вершины тебя некому страховать...» «Плохо, что при восхождении на духовные вершины тебя некому страховать...» «Плохо, что при восхождении на духовные вершины тебя некому страховать...» «Плохо, что при восхождении на духовные вершины тебя некому страховать...» «Плохо, что при восхождении на духовные вершины тебя некому страховать...» «Плохо, что при восхождении на духовные вершины тебя некому страховать...» «Плохо, что при восхождении на духовные вершины тебя некому страховать...» «Плохо, что при восхождении на духовные вершины тебя некому страховать...» «Плохо, что при восхождении на духовные вершины тебя некому страховать...» «Плохо, что при восхождении на духовные вершины тебя некому страховать...» «Плохо, что при восхождении на духовные вершины тебя некому страховать...» «Плохо, что при восхождении на духовные вершины тебя некому страховать...» «Плохо, что при восхождении на духовные вершины тебя некому страховать...» «Плохо, что при восхождении на духовные вершины тебя некому страховать...» «Плохо, что при восхождении на духовные вершины тебя некому страховать...» «Плохо, что при восхождении на духовные вершины тебя некому страховать...» «Плохо, что при восхождении на духовные вершины тебя некому страховать...» «Плохо, что при восхождении на духовные вершины тебя некому страховать...» «Плохо, что при восхождении на духовные вершины тебя некому страховать...» «Плохо, что при восхождении на духовные вершины тебя некому страховать...» «Плохо, что при восхождении на духовные вершины тебя некому страховать...» «Плохо, что при восхождении на духовные вершины тебя некому страховать...» «Плохо, что при восхождении на духовные вершины тебя некому страховать...»