СЛЕЗЫ БЛАГОДАРНОСТИ

Лакмусовая бумажка

Перед Пасхой разговаривал с одним прихожанином из нашего храма. Естественно, нас волновало, сможем ли мы попасть в храм на Пасху и вообще как теперь ходить на службы и вести нормальную духовную жизнь. Во время разговора он сказал: «Эта Пасха, как лакмусовая бумажка, покажет, где овцы, а где козлищи», – имея в виду, что настоящие православные – это те, кто, невзирая ни на какие запреты, полицейские кордоны и опасность заразиться, придут в храм на службу, будут стоять с зажженными свечами и радостно кричать: «Христос воскресе!». А те, что останутся дома, – козлищи, только с виду православные, а проку с них как с козла молока. И все их «Христос воскресе!», молитвы, слезы и радость будут без храма не настоящими, а так, не пойми что. Когда я спросил, готов ли он взять на себя ответственность, если станет причиной заражения, а может, и смерти своих близких и других невинных людей, он просто ответил: «Все под Богом ходим!»

Светлое Христово Воскресенье я встречал дома со своей семьей и нисколько об этом не жалею. Радости было не меньше, чем когда встречал Пасху с братией в Боровском монастыре, когда там жил. Но человек полагает, а Бог располагает. Как это в народе говорят, не место красит человека, а человек место. Можно в Иерусалиме унывать и в темном лесу радоваться Богу. И вообще верующих в Господа Иисуса Христа отличает не столько хождение в храм по праздникам и воскресеньям, знание молитв и уставов наизусть, а в первую очередь любовь к Богу и ближнему. В этом закон и пророки. Сам Господь сказал об этом искушавшим Его фарисеям. Я верю, что, если случится беда и я в храм попасть не смогу, Господь и Пастырь мой оставит Свои дела и 99 других овец, поспешит ко мне, чтобы разделить трапезу, освятить мой дом и сделать Себе престол из моего сердца. Чтобы нас ничего уже не разлучило.

Когда страшно

Вечером позвонила верующая знакомая из Камышлова:

– Поговори со мной, мне страшно!

– Что случилось?

– Ты разве не знаешь? К нам в санаторий «Обуховский» привезли вахтовиков из Мурманска, 300 человек… Потом оказалось, что некоторые из них больны этой самой заразой! Представляешь? Мне знакомая из Обухово рассказала, что несколько человек из приехавших сбежали из-под карантина, ездили в город за продуктами, потом катались на общественном транспорте. Их потом, конечно, снова на карантин посадили, но ведь они могли людей перезаражать! У нас городок маленький, тихий, бабушек вон сколько! Как подумаю об этом, спать не могу! Надо мусор сходить выбросить, а я из дома выйти боюсь!

Я ей говорю:

– Слухам верить, особенно в такое неспокойное время – себя не уважать! Мало ли кто чего сказал! Люди же к нам не с луны свалились, они наши, русские люди, они не виноваты, что с ними такое случилось! Если ты думаешь, что мы здесь тихонько отсидимся, спрячемся, пока всё успокоится, так не получится! Народ ездит и в Екатеринбург, и в Тюмень… Да куда только не едут! И среди местных тоже больные есть. Это наша общая беда, ее только всем вместе победить можно.

Ты, главное, руки чаще мой! Без маски никуда не выходи. И поменьше всякие сплетни слушай! А когда страшно – молись! Нечего свои страхи слушать!

Когда страшно – молись! Нечего свои страхи слушать!

Ты же верующая, сама знаешь, что тьмой тьму не прогнать. Чем больше будешь над своими страхами думать и гадать, тем на душе темнее будет! Тут свет нужен! А свет – это Господь наш Иисус Христос! Жалуйся на свои страхи Христу и Пресвятой Богородице, чтобы избавила! Молиться не можешь – Пугачеву или Антонова послушай или что ты там любишь из музыки… Книжку хорошую почитай – у тебя их целая стенка! Как моя покойная бабушка говорила, пол в доме вымой – и всякую дурь как рукой снимет!

Вечером вспомни, что у тебя хорошего за день произошло, – и поблагодари за это Бога. За то, что жива, за то, что весна за окном, что птицы поют, что друзьям звонить можешь… Глядишь, страхов и поубавится.

Потом сижу, удивляюсь: вроде бы совсем недавно места себе не находил, думал: неужели это с нами всё на самом деле происходит? А сейчас вот подружка из храма позвонила, и пока ее успокаивал, о своих страхах позабыл! Так, впрочем, всегда бывает: когда для других что-то делаешь, помощь Господь посылает твоей душе.

Слезы благодарности

В одном из госпиталей Италии от коронавируса вылечился 93-летний старик. Там его лечили, как могли, а под конец сказали, что ему нужно установить дыхательный вентилятор и заплатить за это 5 тысяч евро. В такую сумму оценивается работа этого сложного дорогого аппарата. 5 тысяч за 24 часа возможности просто дышать. Когда старик услышал об этом, то горько заплакал. Лечащий врач пытался, как мог, утешить пожилого пациента, говорил: мол, когда речь идет о твоей жизни, такую высокую цену можно и заплатить. Но старик сквозь слезы ответил, что плачет вовсе не из-за непомерной цены за пользование дыхательным аппаратом.

Я плачу, потому что дышу воздухом вот уже 93 года, но, несчастный, ни разу не поблагодарил за это Господа!

Он сказал:

– Я плачу не из-за денег, которые мне предстоит заплатить. Слава Богу, у меня есть эти деньги и я могу оплатить свое лечение. Я плачу потому, что, по милости Божией, дышу воздухом вот уже 93 года, но никогда за него не платил. Вы говорите, что один день использования дыхательного вентилятора в госпитале стоит 5 тысяч евро? А знаете, сколько тогда я должен Господу за всю свою долгую жизнь? А я за это Его даже никогда не благодарил!

И после этих слов вместе с ним заплакали врачи, находившиеся рядом.

Горячий лаваш

По дороге на работу зашел в грузинскую пекарню возле трамвайной остановки. С виду обычный павильон возле большого торгового центра, а заходишь – и оказываешься словно в пекарне в Грузии, в Дигоми, куда я на каникулах у деда с бабушкой по утрам бегал. Хлеба всегда надо было много: деду, который с утра до вечера работал в саду; отцу, который приезжал на обед, отдыхал, а потом брал бабушкину стряпню и хлеб и снова уезжал до вечера. И нам, домашним, из которых только внуков четверо. Когда носишься с утра до вечера по улице, в футбол играешь с друзьями, по горам лазишь, в речке купаешься, так потом есть хочется – сил нет! Прибежишь домой, тебе некогда ждать, пока бабушка приготовит обед, тебя же друзья ждут – хватаешь свежий лаваш и всё, что обычно можно найти на грузинской кухне, и снова на улицу.

За лавашем лучше всего ходить с утра, когда его только из печи достали и разложили отдыхать. Он самый вкусный! Ты его ешь с ярко-красным большим помидором и сулугуни, и кажется, ничего вкуснее на свете нет! Чтобы его купить, бабушка меня будила с первыми петухами, я бежал умываться в сад, открывал кран с ледяной водой и плескался, замирая от восторга и холода. Потом шел по булыжной мостовой, смотрел, как пастух гнал отару в горы, лохматые собаки вокруг бегают, грузовик стоит на обочине, пропуская вперед. Сосед виноград на рынок повез, а его жена острый красный перец развешивает на балконе. Этот перец с неповторимым ароматом и жгучестью – король грузинской кухни, растет только в Грузии, без него никакая аджика или соус не получится. Его добавляют во многие блюда, и их вкус становится просто королевским!

А у пекарни уже народ, спешащий взять свежий хлеб, а потом поехать на работу. Все тебе улыбаются, и ты улыбаешься, потому что новый день начинается. Если у тебя есть с собой свежий лаваш, про обед можно не думать. Даже если больше ничего на столе не окажется, нальешь сацебели или ткемали в миску и станешь свежим лавашем в соус макать, будет вкусно и сытно. С обычным хлебом такого не получится…

Если у тебя есть свежий лаваш, про обед можно не думать: макаешь его в соус – и вкусно, и сытно!

Я зашел в павильон и спрашиваю: «Свежие шоты есть?» Свежие – это те, что недавно из печи, вчерашние продают за полцены. Сначала удивляешься такому отношению, а потом понимаешь: ценит человек свое качество и тебя тоже ценит. Вежливая продавщица отвечает: «Пока не пекли, рано еще! Вы горячий лаваш возьмете? Сейчас для вас достанем!» Я говорю: «Конечно, возьму!» Кто же от свежеиспеченного лаваша откажется!

Пекарь ловко выхватывает из печи пышущий жаром румяный круг и бросает на деревянную доску на столе. Продавщица бережно оборачивает его бумагой, как младенца пеленкой, чтобы, остывая, лаваш не промок, кладет в пакет и с улыбкой протягивает мне. Пекари-грузины улыбаются на прощанье:

– Хорошего вам дня! Храни вас Бог!

– И вас храни Бог!

Еду в трамвае, лаваш благоухает на весь салон. Народ с улыбкой поглядывает на пакет. Вроде бы что такого: просто хлеб купил… А на сердце радость. Потому что хоть карантин и зараза никуда и не делись, но солнце встает, тепло на улице стало, как летом, зелень кругом распускается. А люди с утра напекли свежего хлеба, улыбаются, желают хорошего дня, чтобы он был у тебя с Богом. Разве можно после такого хмуриться или грустить?

Денис Ахалашвили

    ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Mail.Ru