ИЕРЕЙ СЕРГИЙ КАПИТАН: «ВЕРА БЕЗ ДЕЛ МЕРТВА»
Он родился в Донбассе, но вырос на родине отца – в Белоруссии. Отучившись на моряка в Сибири, ходил в море за Полярный круг. Служил в Военно-воздушных силах на Дальнем Востоке. Затем работал в нефтяной компании, но решил стать священником. Окончив семинарию в Джорданвилле, он десять лет служил на разных приходах в США. Однако в конце концов вернулся в Белоруссию, где развил бурную деятельность. Все это об отце Сергии Капитане, беседа с которым состоялась еще в феврале 2022 года.
«Я искал, где вера настоящая, христианская»
Иерей Сергий Капитан
– Родился я 3 октября 1969 года в городе Дебальцево Донецкой области. Мой папа сам из города Мозыря в Белоруссии. Через некоторое время мы переехали на родину отца, поэтому детский садик и школу я заканчивал в Белоруссии.
Затем по воле Божией получилось так, что мой папа переехал в Россию, в город Когалым. Там он был замначальника станции. С 1985 года я учился в Тобольске, в поселке Сумкино. Получил образование штурмана – помощника механика. Ходил в море за Полярный круг на судне под названием «Омск-24». Учился три года, практику проходили в море. Потом я попал в армию. Полгода был в учебке, в Днепродзержинске, и полтора года в Военно-воздушных силах в Чугуевке на Дальнем Востоке. После возвращения из армии я пришел в храм Божий в Мозыре и понял, что стану священником.
В мореходном училище. Сергей Капитан во втором ряду второй справа.
– Какая у вас подходящая для мореплавания фамилия!
– Моя фамилия – от запорожских казаков, которые переехали сюда, в Белоруссию, пятьсот лет назад. Они остановились в деревне Большие Авдюки. Из этой деревни все мои родственники. В ней много людей с фамилией Капитан.
В армии
– После окончания мореходки и армии я искал, где вера настоящая, христианская. Ну и ходил везде по храмам. Смотрел, присматривался, молился. Был и у пятидесятников, и у иеговистов[1]. По другим местам ходил. Наконец я пришел в кафедральный собор Мозыря.
Я решал, какой путь избрать в жизни. Отправили меня в семинарию, чтобы я сдавал экзамены. Но в связи с тем, что я был еще недостаточно воцерковленным молодым человеком, экзамены не сдал. Надо было сдавать историю, церковнославянский язык, пение и многое другое.
После провала экзаменов в Минской духовной семинарии я вернулся в Когалым, где работал в компании «Лукойл» на должности шофера, затем был оператором по добыче нефти. Из Когалыма компания отправила меня на обучение в Америку. Там я поступил сразу на второй курс в семинарию в Свято-Троицком монастыре в Джорданвилле, недалеко от Нью-Йорка.
Пришлось мне учиться всего четыре года. Со мной учились студенты из Австралии, Бразилии, Франции. На курсе нас было пять-десять человек. Закончили мы семинарию в 1999 году и получили дипломы бакалавров богословия.
В семинарии
– Вы поддерживаете связь с теми, с кем учились, с преподавателями?
– Один из моих однокурсников – отец Всеволод (Филипьев), писатель, он сейчас на Афоне. Его имя в иноческом постриге – Селафиил.
Ну и конечно, поддерживаю контакты и с Австралией, и с Францией, и с Америкой. С преподавателями часто переписываюсь. Так что общение продолжается.
«Основной упор делаю на детей»
– После окончания семинарии вы, как я полагаю, стали священником. Как и где вас рукополагали? Где вы затем служили?
– Рукополагали меня 7 июля 2001 года на Рождество Иоанна Предтечи в диаконы, а на следующий день, на Петра и Февронию, меня рукоположил во священники преосвященнейший архиепископ Лавр (Шкурла) в Джорданвилле, где я проходил сорокоуст.
С владыкой Лавром (Шкурла)
– Вы поехали в Америку на обучение от компании «Лукойл», но одновременно учились в семинарии. Будучи священником, вы работали еще где-то?
– Я должен был откуда-то ехать в Америку, так как в 1995 году должно было быть какое-то направление на обучение в семинарию. Я учился в семинарии, от компании же у меня была только материальная помощь.
После окончания семинарии я работал во многих компаниях: и автомехаником, и в нефтяной компании по сборке нефтяного оборудования. Священнослужители в Америке, в Европе в основном зарабатывают деньги на обычной работе. В церковь они приходят служить практически как волонтеры, которые помогают людям. Так оно и происходило в Америке. Я помогал прихожанам. И до сих пор с этими прихожанами общаюсь. Некоторые из них переехали в Россию, другие остались там. Но тем не менее часто с ними общаюсь.
– Где вы служили после возвращения в Белоруссию?
У меня в храме много детей. Они приходят, прислуживают, поют на клиросе
– Четыре года я служил в кафедральном соборе Мозыря. После этого меня направили в Петрицкий район, в деревню Куритичи, в церковь иконы Богородицы «Нечаянная Радость». Также я служу в другой деревне – Бобуничи. Там была построена церковь в честь Святой Троицы. Сейчас еще езжу в новообразовавшуюся общину в честь Покрова Божьей Матери в деревне Сметаничи.
С понедельника по пятницу я продолжаю приходить в кафедральный собор, иногда там служу. В субботний день я совершаю службы, помогаю священнику в Свято-Никольской церкви Мозыря. Вот так продолжаю служить во многих церквях.
– Расскажите немного о приходах.
Храм в честь иконы Богородицы «Нечаянная Радость» в д. Куритичи
В деревне Бабуничи не был построен храм. Пришлось его достроить. Церковь получилась красивая. Также много детей приходит в храм. И здесь устраиваем разные праздники, мероприятия для детей, как и в деревне Куритичи.
В деревне Сметаничи нашел старый домик. В нем поставили аналои, иконы, подсвечники. Понемножку люди приходят. Для них устраиваем те же праздники. Всегда дети после богослужения получают подарки: конфеты, печенье. Дети воцерковляются, приходят в храм Божий. Люди, изголодавшиеся по духовной жизни, участвуют в богослужениях, молятся, получают общение со священнослужителем.
«Священник и паства – это одно целое»
– Как обстоит дело в белорусских деревнях, в которых вы регулярно служите?
С моей стороны предпринимается все, чтобы удержать людей в деревне
– Конечно, люди стремятся к благополучию. Дети стремятся получить какое-то образование. Отучившись в деревенской школе, они уезжают в города получать образование. К большой радости, некоторые дети возвращаются в свои деревни, преподают, работают.
От меня же зависит общение детей и прихожан с Богом. Со своей стороны я все делаю для того, чтобы удержать людей в Церкви, в деревне, чтобы они получили исповедь, причастие и другие таинства. Моя миссия заключается в воцерковлении людей. А с материальной точки зрения люди ищут другую жизнь, переезжая в города, в другие страны. С моей же стороны предпринимается все, чтобы удержать людей в деревне.
– На каком языке вы служите и произносите проповеди?
– Конечно же, на русском языке! Все говорят только на русском. В школе нас учили белорусскому языку. Я понимаю его, но постоянно говорить на нем я не смогу. Так везде. Все документы всегда пишутся на двух языках, на русском и белорусском. Но общение всегда проходит на русском. Соответственно, богослужения – на церковнославянском языке, проповеди – на русском.
– Ваши прихожане вовлечены в приходскую жизнь? Какова степень их ответственности за храм, за содержание духовенства? Участвуют ли они в принятии каких-либо важных решений?
– Какая внебогослужебная работа ведется на приходе?
– Я сам бывший футболист – соответственно, обучаю детей футболу. Занимался в свое время каратэ и борьбой, поэтому показываю детям всякие приемы. Мы бегаем на лыжах. Летом организуем детские палаточные лагеря. Устраиваем крестные ходы на байдарках от епархии, на которые приглашаем приходских детей. Ну и конечно, совершаем паломнические поездки по другим храмам, к святыням.
Я сам бывший футболист – соответственно, обучаю детей футболу
Бывает, я сажаю детей в машину, и мы едем на другой приход: в Сметаничи, Куритичи. Бывает, беру детей из других деревень. То есть показываю, как живут дети в других деревнях, как они ходят в школу, какие школы есть. Получается такое общение между детьми. Потом они дружат. Мы встречаемся, играем вместе в футбол между деревнями. Ну и много другой работы ведется.
– Как складываются отношения с государством?
Пожив в Америке и попутешествовав по Европе, я просто удивляюсь, какие здесь, у нас, дружба, единство, понимание
– Если честно сказать, то пожив в Америке и попутешествовав по Европе и другим странам, я просто удивляюсь, какие здесь дружба, единство, понимание. Я это от души говорю. Мы проводим мероприятия. Я бываю во многих школах, провожу очень много-много собеседований с военнослужащими, посещаю семьи. На этом уровне все прекрасно.
– Какие вы видите перспективы и цели для Православной Церкви в Белоруссии на сегодняшний день?
– Первое прошение, которое совершается на Божественной литургии: «Миром Господу помолимся». Это самое главное слово для всех нас. Мир, спокойствие и тишина. Пока по воле Божией у нас в Белоруссии мир, спокойствие и тишина. Симфония с государством. Дружба, взаимопонимание. Самое главное, чтобы это все продолжалось до бесконечности. И мы тогда все будем под Богом. Есть важная цель: что мы на этой земле свяжем, то будет на Небесах, то есть нужен мир на этой земле.
Отец Сергий сотрудничает с реконструкторским движением
– Отец Сергий, что бы вы хотели пожелать нашим читателям?
– Вера без дел мертва. А дела – это наша любовь к Богу, к ближнему, как к самому себе. Старайтесь любить всех людей, прощать, не держать ни на кого зла, ибо Господь всех нас простил. Господь о нас заботиться как о своих духовных чадах. Так и вы заботитесь друг о друге. И этим обрящете Царство Небесное. Любите Бога и ближних, как самого себя.
– Отец Сергий, расскажите немного о себе и своем пути в храм.
– Долго ли вы ходили в храм как простой прихожанин? Как поступили в семинарию?
Потом я был направлен во Флориду в город Пальм-Кост в церковь святителя Николая Чудотворца. Ну и конечно, я служил во многих храмах: в Нью-Джерси; в семинарии (в Джоданвилле. – Прим. автора); в Калифорнии, в Сан-Франциско, у святителя Иоанна Шанхайского и Сан-Францисского; в Неваде в городе Рино, в храме в честь святых новомучеников и исповедников Российских и Царских страстотерпцев. А также служил в церкви святого князя Владимира в Хьюстоне, в Техасе, где я в основном и проводил время. Так что побывал во многих храмах, послужил и вернулся в Белоруссию в 2011 году.
– В деревне Куритичи была церковь в честь иконы «Нечаянная Радость». Когда я приехал туда, церковь нуждалась в ремонте. Надо было поставить окна, внутри все сделать красиво. Была приобретена печка. И, конечно, надо было работать с детьми, так как я основной упор делаю на детей. Много детей у меня в храме. Они приходят, прислуживают, поют на клиросе. На Рождество, Пасху и другие праздники я для детей устраиваю мероприятия: приглашаю или футболистов, или каратистов, или танцоров. Мероприятия устраиваем, чтобы детки поиграли, получили подарки.
У нас в деревнях для тех семей, которые имеют много детей, строятся новые домики. И семьи получают новое жилище. В этих домиках все есть: и вода горячая, и обогреватели, и печи. Государство тоже заинтересовывает семьи, чтобы они оставались в деревнях.
– Да, конечно, у нас есть староста церкви, люди, которые занимаются уборкой храма, территории. Проходят собрания. Люди активно участвуют в церковной жизни. Помогают священнослужителю. Без них я никто. Потому что священник и паства – это одно целое. Мы все делаем вместе.
С иереем Сергием Капитаном
беседовал Иван Астахов
